Новости Ислама
Версия для печати

Новый вятский муфтий приехал решать накопившиеся проблемы


  19.12.2013    |   Российская газета

Новый муфтий рассказал в эксклюзивном интервью "Российской газете", что привело его в Киров. Зуфар Хазрат, смена руководства в Вятском Муфтияте для людей непосвященных была точно неожиданной. Тем более, появление нового муфтия, известного, как первого ...
Новый муфтий рассказал в эксклюзивном интервью "Российской газете", что привело его в Киров.

Зуфар Хазрат, смена руководства в Вятском Муфтияте для людей непосвященных была точно неожиданной. Тем более, появление нового муфтия, известного, как первого имама знаменитого казанского "Кул Шарифа". Чем это было вызвано?

Зуфар Хазрат: Для меня приезд в Киров тоже был неожиданным. Я собирался в один из районов Татарстана, где хотели строить новую мечеть. Тем более, у меня  за плечами был опыт строительства мечети Кул Шариф. Но мой духовный учитель Талгат Таджуддин посчитал иначе и предложил приехать сюда. Когда учитель просит,  нельзя отказываться. Тем более, как он сказал, здесь накопилось немало проблем, которые требовали решения.

О каких проблемах речь идет?

Зуфар Хазрат: К сожалению, сегодня в России есть силы, скорее внешние, которые сеют раздор и разобщенность среди общин. И этот раздор идет, в том числе, и на уровне Вятки. Дошло до того, что люди уже не только начинают искать у друг друга изъяны, но и пишут друг на друга жалобы в различные инстанции. А когда идет такой раздор, для экстремистов такая ситуация - лучше некуда. Они прекрасно понимают, что Россию силой не взять, и им важно разрушить ее изнутри, межконфессиональными, межнациональными раздорами ослабить страну.

Когда я недавно встречался с начальником УМВД по Кировской области Сергеем Солодовниковым, я ему прямо сказал - если начинается ваша работа по поимке экстремистов, это говорит о том, что мы - имамы, работаем плохо. Ведь мусульманина тюрьмой не испугаешь. А вот если открываешь Коран и говоришь - парень, ты не прав, убивая безвинных людей, ты открываешь себе дорогу в ад, он становится действительно безоружен.

Кстати, в вятских колониях есть немало мусульман, отбывающих срок за экстремизм. Вы собираетесь с ними встречаться?

Зуфар Хазрат: Обязательно. И, к слову, мусульманин и экстремизм не совместимы. Я хочу узнать, что толкает людей на убийство. Каждый мусульманин знает, что первое, за что ты будешь отвечать перед Аллахом - за пролитую кровь. У меня уже есть опыт общения с заключенными. И были вещи удивительные. Когда я преподавал ислам в тюрьме, они мне говорили - хорошо, что мы попали в тюрьму. Иначе бы никогда не узнали что такое Ислам, не пришли бы к Аллаху. Позже они вышли из тюрьмы, многие по-новому пересмотрели свою жизнь, устроились на работу, завели семью. А ведь это были рецидивисты. Вся наша история говорит о том, что силой человека никогда не  заставишь прийти к религии. В религии нет принуждения. Сегодня, когда ко мне приходят молодые люди, они сразу говорят - мы пока еще не пришли принимать ислам. И не надо. Сначала надо узнать, что ты принимаешь. Не бывает этнических мусульман, как и этнических христиан. То есть нельзя говорить, что русские - это христиане, а ,например, таджики - мусульмане. Ислам - это вера, а не принадлежность к какому-либо народу.

Если не секрет, вы как пришли к Аллаху?

Зуфар Хазрат: В Татарстане, где я родился, в советские времена, по счастью, не было такой разнузданной антирелигиозной политики. По-крайней мере, я не помню, чтобы в школе учителя говорили, что Аллах не существует. Когда мы прямо спрашивали их об этом, они просто уклонялись от ответа. В те времена была широко известна такая антирелигиозная книга "Тайны корана", написанная ученым атеистом. И когда я начал читать эту книгу, обнаружил просто явное вранье. Это было очевидно даже мне, школьнику. И вместе с антипатией к этой книге у меня появилась антипатия к атеизму вообще. Тогда я впервые по-настоящему заинтересовался исламом, стал много читать на эту тему,  и когда решил, что "понял все", прямо отправился в одну из казанских мечетей "на дискуссию" с имамом. Я шел с амбициями, уверенный в том, что смогу обосновать свою позицию с "высоты" своих знаний. Я умный, сейчас объясню, что у вас неправильное понятие о божественном.

.insert-materials-r-text-title .insert-materials-title, .insert-materials-r-small .insert-materials-title, .insert-materials-r-large-title .insert-materials-title {background-position: 0 -30px;width: 135px}

Мы же думали тогда, что имамы понимают Аллаха, как некоего старика, который сидит на облаке, свесив ноги. Но, к моему удивлению, никто в мечети со мной спорить не стал. Меня напоили чаем с медом, выслушали мою "теорию", побеседовали со мной, ничего еще не доказывая. Но мне было так интересно, что на следующий день я вновь пришел в мечеть. Так началось мое открытие ислама. А после знакомства с одним местным имамом на строительстве газопровода "Уренгой - Помары - Ужгород" решил окончательно посвятить себя служению исламу.

В медресе сложно было попасть?

Зуфар Хазрат: Не то слово. Из Татарстана туда попадали в год два-три человека и мои шансы были практически нулевые. Но Аллаху было угодно, чтобы меня зачислили в медресе в Бухаре. Это был 1988-й год, начало перестройки, активизация национальных движений. Я к тому времени закончил просветительский факультет, успел поработать на телевидении. Когда я подал заявление для поступления в медресе Мир-Араб, об этом узнала местная партийная организация и меня вызвали на бюро райкома, хотя я не был коммунистом, и начали объяснять мои ошибки. Оказалось, что я "подающий надежды специалист" и т.д., что своим поступком загублю свою карьеру и т.п. Когда мне дали "последнее" слово, я, наверно, довольно-таки убедительно выступил, что член бюро писатель Рафаэль Мустафин сказал: "Пусть уходит, а то нас еще сагитирует".

Бухару я вспоминаю самым добрым словом не только потому, что там по-настоящему впервые начал изучать ислам, но и потому, что нигде больше не встречал такого порядка, богобоязненности и уважения друг к другу. В медресе училось более ста человек разных национальностей, разных направлений в исламе, там были сунниты и шииты, и мы даже молились по-разному. Например, чеченцы руку у сердца держали во время молитвы, другие руки поднимали или складывали по-своему, но никогда не было никаких раздоров. Мы все были мусульмане. Это сейчас началось непонятно что. Какая-то совершенно ненужная суета, внешняя обрядовость, заслоняющая суть ислама.

Позже, когда вы продолжили обучение в Ираке, началась чеченская война. Как лично вы ее восприняли?

Зуфар Хазрат: Это было безумие. Когда наши деды в Великую Отечественную войну вместе сидели в одном окопе, а спустя годы их внуки стали стрелять друг в друга. Нам было непонятно, почему этот вопрос нельзя было решить нормальным политическим способом? У нас любят говорить - политика это грязная вещь. Ничего подобного. Политика  - это чистейшая вещь, это стерильная вещь. Это межличностные и межгосударственные отношения. Разве они могут быть грязными? Они должны быть прозрачными. А когда обманывают, это уже не политика.

Сегодня часто обостряется национальный вопрос. Идут споры - должны приезжие ассимилироваться с местным населением, с местными обычаями?

Зуфар Хазрат: Я постоянно говорю тем, кто приехал сюда. Как когда-то ансары приютили Мухаммада (да будет доволен им Аллах и его сподвижниками), так вы здесь нашли дом. С вами поделились работой, землей, пищей. И вы смотрите на эту землю, как на свой дом, а не так, чтобы здесь урвать сколько-то денег и уехать отсюда. Может быть, ты завтра здесь женишься, построишь дом или встретишь свой последний день. Пока этого не поймем, ничего хорошего не будет. Но при этом каждый народ не только имеет право, но должен сохранить свою самобытность. Россия  - это как Ноев ковчег. Это единственная страна, где собрался букет народов, и мы должны его сохранить во всем его многообразии.

Вы как муфтий на что намерены обратить внимание в первую очередь?

Зуфар Хазрат: Я муфтием себя не считаю. Скорее, я чиновник (смеется - "РГ") - председатель духовного управления мусульман. А муфтий у нас один - Талгат Таджуддин. Чтобы быть муфтием, нужно иметь огромное образование. Но все мы - имамы. И это огромная ответственность. Поскольку трактуем поведение людей на основе Корана - как относиться к тому или иному событию. И люди держатся этой линии. Что же касается главной задачи, я уже сказал - преодолеть разобщенность.

Не планируете построить новую большую мечеть в Кирове? Вообще, многих удивляет, как в полумиллионном городе, где есть немало состоятельных мусульманских диаспор, только одна мечеть, и то, на которой лишь в этом году появился минарет?

Зуфар Хазрат: Хотя я сам участвовал в строительстве мечети Кул Шариф в Казани, вообще-то я не сторонник строительства больших мечетей. Какую огромную мечеть не построй, по праздникам народ туда все равно не поместится. По-моему, лучше строить маленькие мечети, но часто. От них больше пользы. К тому же у мусульман есть такое понятие: самая маленькая мечеть - это твой молельный коврик. И тогда вся Земля для мусульманина - мечеть.






Другие новости раздела:

В египетской провинции Северный Синай боевики взорвали здание исламского института, сообщает ТАСС со ссылкой на местные СМИ. Террористы обложили здание, находящееся в городе Эль-Ариш, взрывчаткой по периметру, а затем привели ее в действие. Обрушилось ...
Город Анапа, расположенный в Краснодарском крае на берегу Черного моря, привлекает не только туристов. Зачем тратить каждый год деньги на путевку, проживание и еду, если можно здесь приобрести себе жилую недвижимость? ...
Навруз байрам, который празднуют многие мусульманские народы, - праздник прихода весны, день весеннего равноденствия. ...
В Казахстане более тысячи человек вернули в традиционный ислам из радикальных религиозных течений. Чтобы ужесточить ответственность за пропаганду экстремизма, в стране изменили пять кодексов и 20 законов, увеличили тюремные сроки за терроризм и усилили ...

Популярное

Если вам необходима аренда юридического адреса в Москве, стоит зайти на сайт https://www.uradresuzao.ru/29-ifns.html и рассмотреть предложенные варианты. ...
Для того чтобы заниматься определенной деятельностью, каждому предприятию необходимо получать какие-то разрешения или предписания ...